Некоторые полагают, что футбол – это вопрос жизни и смерти. Я весьма разочарован таким отношением. Могу вас заверить, он намного важнее.
(Билл Шенкли)

18 апреля состоялась было великая футбольная революция. В тот день было объявлено об основании Европейской Суперлиги. Планировался продолжительный элитный турнир только для сильнейших клубов.

Трест, который лопнул


Любопытно, что громыхнуло не летом, не в межсезонье – а тогда, когда европейский клубный сезон вышел на финишную прямую. Случился настоящий переполох.
Напомним, что за 13 месяцев до этого футбольный сезон уже срывался. В марте 2020 г. пандемия коронавируса приостановила спортивные соревнования. Еврокубковые матчи тогда в итоге доигрывались в августе.
Возможно, кто-то смекнул, что просто играть в футбол – это уже скучно и вообще прошлый век. Надо, чтобы какая-то движуха была! А когда год спустя всё ещё бушующий коронавирус — уже не помощник – думаем сами, решаем сами.
Вот президент мадридского Реала Флорентино Перес и решил, что зрители заскучали и скоро перестанут смотреть футбол. Нужна революция, ибо революция – это всегда стильно-модно-молодёжно.
И созвал Флорентино сильных футбольного мира сего: «Бросайте к чёртовой матери эту вашу ветхую Лигу Чемпионов! Go в Суперлигу – я создал!»


И было 12 клубов-учредителей: Арсенал, Челси, Тоттенхэм, Манчестер Юнайтед, Манчестер Сити, Ливерпуль, Атлетико, Реал, Барселона, Милан, Интер, Ювентус. 6 из Англии, 3 из Испании, 3 из Италии. Интересно, что из Германии и Франции – никого. Ещё три клуба должны были присоединиться на постоянной основе, а ещё пять – по каким-то спортивным результатам.
Логично, что европейские футбольные власти не стали безропотно сдаваться на милость мятежников. Клубам пригрозили немедленным отлучением от еврокубков и от национальных первенств (что автоматически похоронило бы весь футбольный сезон), выступающим за них футболистам – от сборных (сюрприиииииз перед чемпионатом Европы: уровень турнира при таком раскладе падает стремительно, зато какой шанс для России и Чехии, например!).
Ещё одним врагом Суперлиги стал футбольный болельщик. Фанат. Простой работяга. Пролетарий. Маленький (но гордый) человек.
Человек вообще существо консервативное, склонное бояться перемен. И революции случаются только тогда, когда совсем уж припрёт. Обычная же логика: что там впереди – неизвестно, а здесь мы вам не тут хотя бы. И когда анонсируются какие-то перемены – люди скорее будут защищать привычный порядок вещей.
А футбольный болельщик гораздо консервативнее человека среднестатистического. Как известно, гораздо проще сменить жену, чем любимый футбольный клуб. А оттого всё, что перемен мы не ждём и не просим.
Начались, в общем, многочисленные гневные митинги против Суперлиги.
А уже через три дня после запуска проекта из 12 клубов-учредителей в нём осталось только 3: Реал, Барселона и Ювентус. То есть пациент оказался скорее мёртв, чем жив.
Англичане, миланцы и мадридский Атлетико просили прощения у фанатов: мол, мы вас услышали, осознали, просветлились, больше не будем. То есть на словах именно фанатский фактор стал решающим для победы контрреволюции. Как там на деле – можно только догадываться.

“I’m losing my favorite game”


«Я проигрываю в своей любимой игре» – поют шведы The Cardigans. И испанец Флорентино Перес вместе с ними? Его Реал активно борется за победу в чемпионате своей страны и в Лиге Чемпионов – но всё это уже сто раз было. А хотелось-то чего нового!
Кто-то, наверное, подумает, что к инвалидности и инвалидам это всё отношения никакого не имеет. Имеет! Билл Шенкли был прав. Футбол – это больше, чем игра. И, конечно же, это не хиханьки-хаханьки. Ситуация в мировом футболе – это всегда модель мироздания, причём модель наглядная, понятная многим и довольно точная.
Общество может быть либо закрытым, либо открытым. Если упростить. На деле, конечно, всегда существует множество градаций. Но закрытость/открытость – так или иначе, основной критерий.
Открытое общество ищет красоту и удобство в многообразии. Открытое общество принимает тебя независимо от твоей расы, нации, сексуальной ориентации, эстетических и гастрономических предпочтений, состояния здоровья и т.д. Но оно не принимает твоих жалоб на то, что вон та некрасиво плывущая группа в мерзких полосатых купальниках загораживает солнце.
Закрытое общество по сути своей элитарно. Оно готово обеспечить тебе идеальный вид из окна. Но только если ты сам идеален.

Читайте также:  Паралимпийский спорт


Думаю, каждый человек хотя бы раз в жизни посчитал себя той самой элитой. Многие скажут, что это неправда, потому что они предпочли выбросить эти мысли из головы. Неважно. Факт в том, что и инвалид, и карлик, и кто угодно вполне может посчитать себя элитой – и это даже нормально. И именно поэтому анархическое устройство мира представляется невозможным. Кто-то потянет одеяло на себя. Даже не так: каждый тянет одеяло на себя. Но в конце концов, это ведёт к необходимости общественного договора. Критерии элитарности со временем всегда размываются – и условный фашизм в долгосрочной перспективе оказывается таким же невозможным, как и условная анархия. Формула «Кто сильнее, тот и прав» недолговечна, поскольку и человек, и государство, и модель общественного устройства со временем стареют, дряхлеют и слабеют.
История цивилизованного мира движется в целом от закрытого общества к открытому, нравится это кому-то или нет. Новые технические возможности наделяют силой слабого, научные и общественные открытие дают место в мире прежде неприкаянным, расширяется всевозможный плюрализм…
Но всегда ли так будет? Конечно, нет. Кроме того, есть и обратные тенденции.
После сексуальной революции 60-х – 70-х гг. XX в. американское общество посчитало, что это уже слишком, и стало более консервативным в половых вопросах.
Сами революции ведут к созданию предельно закрытых общественных формаций очень даже часто. Примеры: Россия-1917, Германия-1933, Иран-1979 и т.д.
Вот и нынешняя футбольная революция имела своей целью создание наглухо закрытого футбольного сообщества элит. Я понимаю, что сравнение может показаться опасным, но суть затеи Переса была именно в тоталитаризации европейского клубного футбола. Кому-то это понравится, почему нет.
Идея у Переса появилась отнюдь не на пустом месте. Европейский клубный футбол ещё в конце прошлого века взял курс на закрытость и сосредоточение всей мощи в пяти странах: Англии (именно Англии, у которой и сборная, и клубные турниры отдельные наряду с шотландскими, валлийскими и ольстерскими), Испании, Германии, Италии и Франции. Последним победителем Лиги Чемпионов не из этих стран был португальский Порту в далёком уже 2004 г. Кстати, логично, что именно португальский клуб: Португалия в клубном рейтинге стабильно и уверенно шестая.
А было что-то удивительное некогда. В 1991 г. Кубок Чемпионов выиграла сербская Црвена Звезда. Этого я как зритель/болельщик не застал, зато застал шведский Гётеборг фактически в четвёрке лучших два года спустя. Весёлое время было. Было место чуду и подвигу.
Примерно на рубеже тысячелетий еврокубки были, по большому счёту, узурпированы странами большой пятёрки. Поэтому идея Флорентино Переса, согласно которой топ-клубы окончательно отгородились бы от прочих, – логичное продолжение тенденций. Сейчас она была отвергнута ввиду пугающей внезапности, но думаю, что со временем нечто подобное станет реальностью.
Европейский клубный футбол становится всё более закрытым. А как насчёт мира вообще?

Фото: вк.миланньюз24

Святослав Белковский
Специально для Агентства Особых Новостей (on24.media)

 
Похожие записи
Latest Posts from Агентство особых новостей

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *