Больше 25 лет не было ни дня, чтобы у меня ничего не болело. Последний такой момент припоминаю в детстве: просыпаюсь — и будто не чувствую тела. Я всегда был мистически настроен, потому проснувшись без болей, решил, что умер. К вечеру прекрасная иллюзия, увы, рассеялась.
Много опыта страданий было после искалечивших меня операций, хотели как лучше, а получился армагеддец. И тогда же по телеку шёл второй Терминатор, Арни в этой роли бесподобен, да и кино прекрасное. В тот раз я обратил внимание на один момент: после очередной перестрелки мальчик спрашивает у железного друга, больно ли ему, и в ответ терминатор говорит: «Я не испытываю боли, я подсчитываю повреждения», — по крайней мере тогда был такой перевод. И эта фраза очень запала мне в душу, особенно из уст персонажа, которым я восхищался в детстве. Да что там я? Кумир всех мальчишек…

Состояние с годами стало ухудшаться, после бурного расцвета в 22, к 30 многое стало уже невозможным. Вспоминаю иногда, как в 23 съездил на два выступления за день, и все не могу понять: как этой развалине такое удалось, сейчас это выглядит нереальным. Тогда тоже были боли, но молодой организм не позволял им выливаться в накапливающуюся усталость. С годами я понял, почему именно про 30-летие Юрий Лоза пел: «Мне уже многое поздно, мне уже многим не стать». Хочется рвануть куда-то, но понимаешь, что пару дней восстанавливаться будешь – и сильно выбираешь, куда стоит поехать, а куда совсем необязательно.

Вспоминая тот образ Шварценеггера и живя в непростой ситуации, я учился сдерживать эмоции, закалялся внутренне и внешне. Позже я очень увлёкся древней Скандинавией, были у них в мифах особые воины, которые сами наносили себе лёгкие ранения, чтобы войти в боевой транс, сражаться яростнее и не чувствовать боли. Для меня всегда было важно суметь не показать, что мне больно, поскольку настоящий мужчина никогда не продемонстрирует такого, потому во время реабилитации много сил уходило на то, чтобы скрыть противоестественные для мужского начала эмоции.

Читайте также:  Восприятие инвалидности в азиатском сообществе: Почему оно должно измениться?

Уже предвкушаю комменты в духе, что подавлять эмоции вредно и прочую псевдонаучную психологическую фигню, но это выбор каждого человека – воспитывать в себе силу или позволять себе быть слабым. Я свой давно сделал и ни разу не пожалел, поскольку в наше время слабому не помогут, его размажут и пойдут дальше, даже не заметив.
В старых фильмах часто встречается такой сюжет, что девушка жалеет мужчину, и от этой жалости рождается забота, а из заботы вырастает чувство. Давно ж вроде доказано, что люди влюбляются не в человека, а в свои усилия, которые они на этого человека затратили. Да вспомнить хотя бы «Назад в будущее», где мать Марти, когда тот оказывается в прошлом, влюбляется в него, когда её отец сбивает его своей машиной.
Нечто подобное видел и среди инвалидов, когда девушка с ним не потому что считает его достойным или хотя бы вообще мужчиной, а потому, что как говорила мне одна такая особа: «Ну он же как побитая собачонка, его б никто не взял, если б я не пожалела».


Удивительно, что со мной такой фокус никогда не срабатывал, к счастью. Один раз эксперимента ради сказал знакомой чистую правду, что у меня дико болит шейный позвонок, адская мигрень и мне бы полежать, наверное. На что услышал: «Не ври! По тебе не видно, что ты страдаешь».
Каждый выбирает сам, кто-то сражается, кто-то пресмыкается и приспосабливается, кто-то давит на жалость, а кто-то пытается быть на равных. Я посчитал свой опыт интересным и поделился с вами, ведь не показывая боль, я чувствовал себя выше её, я чувствовал себя сильным, но выбор, конечно, за каждым.

Александр Меркушев
специально для Агентства Особых Новостей (on24.media).

 
Похожие записи
Latest Posts from Агентство особых новостей

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *