Родилась я обычным ребёнком — пухленьким, с ямочками на щеках, на вид совершенно здоровым, в самой обычной семье. Папа работал на заводе и мама тоже. Быстро развивалась, села, начала ползать, встала, а вот ходить полноценно никак не получалось — я ходила, но, как мама говорила, всегда чуть касалась какой-то поверхности кончиками пальцев. А потом я села…. Села — и всё тут. Врачи не могли понять, почему. Вначале врачи успокаивали и говорили: «Потерпите, такое бывает — встанет позже». Время шло, а я так и не вставала, начались поездки по больницам, обследования и, наконец, постановка диагноза – детская спинальная амиотрафия. В те времена этот диагноз знали далеко не все врачи, а как его лечить, да и вообще — можно ли его вылечить, знали не многие. И началась моя эпопея под названием жизнь в больницах.

Больницы и лечение

Я помню себя с очень раннего детства: вот кроватка, мой любимый конструктор, голубая кофточка, мама в красивых сапогах и папа, покупающий мне мороженное, ну и, конечно, больницы — их было много, и разных. В них выяснилось, что операции мне противопоказаны, понимания, как вылечить и можно ли, у врачей нет, и потому была куча процедур и уколов, поддерживающих физическое состояние. А также именно там я училась играть, дружить, первый раз выговорила букву «Р», там же я читала стихи и пела песни на всё отделение.

А потом врачи сказали: «Мы сделали, что могли, дальше не знаем, что делать. Отправляйтесь домой». Мне было 6 лет, и с той поры моё лечение в больницах прекратилось, началось нетрадиционное лечение. Выписали меня вполне крепким ребенком, я могла даже стоять, но ходить так и не могла… Потом меня возили к какой-то бабушке в деревню – она лечила банками. В банку кидались веточки, бумажки, всё это поджигалось и ставилось на спину, ноги, руки. Как результат, жжёная кожа, волдыри в мясо, и так несколько недель. В итоге, я перестала вставать. Потом была женщина-костоправ, которая тоже не смогла меня поднять на ноги, но хуже не сделала, за что ей огромное спасибо. А потом наступило событие, которое поменяла мою жизнь.

Брат

Началась школьная пора, подготовка к первому классу, синий пенал, тетрадки стопочками и линейки с карандашами. Но возникал вопрос: как учиться? Вопрос администрацией школы был решен в пользу надомного обучения, и вот я стала первоклашкой. В тот же год мама сказала, что скоро у меня будет братик или сестричка. И я, конечно, ждала сестрёнку, мечтала, как я буду заплетать ей косички, как мы будем играть в куклы. Но родился брат… в тот момент я плакала — я так хотела сестричку, я и не понимала тогда, какое счастье пришло в мою жизнь. Его назвали Коля — это был лучший брат на свете…

Маму выписывают домой, с чудесным белобрысеньким малышом. Я ему пела песни, баюкала и очень сильно полюбила. Он рос, быстро сел, начал ползать, но тоже так же, как и я, не мог ходить. И тут опять приговор — спинальная амиотрафия… В его случае, больниц не было. Мама не могла меня оставить так надолго одну дома. Папа работал, Коля рос… И вот я уже в Четвёртом классе, мама пошла работать, я и учусь, и с Колей сижу, кормлю его, помогаю во всём. Через пару лет чудо-врач предлагает ему загипсовать ноги по какой-то супер-методике, месяц в гипсе — и его ноги становятся худенькими, слабыми палочками. Коля идет в первый класс — тоже надомное обучение.

Читайте также:  Отрицание быта

Мой брат стал моим лучшим другом, умным не по годам, мудрым, спокойным. Пережить ему, к слову, пришлось намного больше, чем мне: остановка желудка и последующая операция, менингит и кома… Но он везде выходил победителем, везде, кроме того страшного июньского вечера 2015 года, когда он не смог победить, и его лёгкие перестали снабжать тело кислородом. Он просто тихо закрыл глаза в скорой нашего двора и больше не открывал…

Сказать, что часть меня умерла в ту ночь — ничего не сказать, земля просто уплыла из-под ног. Это был мой самый страшный страх и ужас, что брата нет… но мне пришлось это пережить, и вместе с этим во мне появилось желание бежать, бежать быстрее и успеть сделать всё то, что не успел сделать он, увидеть всё, что не увидел он. Ведь у нас один и тот же диагноз, и меня ожидает то же самое рано или поздно…

Ученье — свет, а работа — свет в конце тоннеля

К тому времени за плечами был ВУЗ, который я закончила, в большей степени, чтобы доказать, что я смогу, хотя к окончанию я втянулась, и мне стало безумно нравится учиться. На пятом курсе меня мой ВУЗ, за что ему большое спасибо, устроил работать в школе по специальности «педагог-психолог». Звучит гордо и страшно — никогда не думала, что моя жизнь будет связанна с педагогикой, и вот она – школа, и эта школа полна детей, которых я так боялась. Мой первый день в школе показал, что совершенно зря. Переступив свой страх, я поняла, что дети — это самое чудесное, что есть в школе. Бес проблем находя общий язык даже с классами КРО, я погрузилась в работу. Но через три года мой кабинет подняли на третий этаж, и я написала заявление по собственному желанию. После этого начались постоянные поиски работы и заработка. Сколько же было всего: и написание дипломов на заказ, и расшивание бисером свадебных платьев, и бесконечная вереница удалённой работы, продавец, контент-менеджер, диспетчер и прочее! Я очень благодарна за этот опыт. Благодаря этому, я не боюсь никакой работы и приобрела уникальный опыт. А в начале года мне написал бывший мой соратник по работе и сказал: «В журнал на сайт требуется контент-менеджер, хочешь попробовать?» Собственно, я ответила: почему бы и нет?

Тем же вечером я познакомилась с Юлией Борисовной Свистуновой, которая, несмотря на позднее время (а было точно больше десяти вечера), была на связи, выслушала, спросила, что я умею, сказала: «давай пробовать, нам нужны люди».

С тех пор я контент-менеджер сайта «Агентства особых новостей». Это мой первый опыт работы в подобном коллективе. Конечно, не всё бывает гладко, но я вижу, что это работает. Проблемы получают огласку в обществе, есть случаи, когда статьи, написанные ребятами-журналистами, вызывали отклик у властей и людям помогали. А это самое важное в работе журналиста. Но только при желании превозмочь трудности и научиться новому есть возможность чего-то добиться. И пока это желание есть, у ребят из нашей команды есть все шансы помочь ещё не одному и не двум, а большому количеству нуждающихся.

Лапшина Марина
специально для Агентства Особых Новостей (on24.media).

 
Похожие записи
Latest Posts from Агентство особых новостей

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *