Нет, автор не слетел с катушек, как могло бы показаться из названия, просто в этой цитате заключён главный смысл пережитого общения. Есть у меня редкое состояние, когда вот крайне хочется сделать добро небольшое и средства позволяют. Тогда, как правило, я ищу, кому нужна помощь. Во всякие «Ванечка умирает – дайте денег» я давно не верю и предпочитаю хотя бы пообщаться с человеком, которому помогаю. Недавно вспомнил укол со стороны знакомых: «Вот, здоровым помогаешь, хоть бы раз об инвалидах подумал…» — и решил подумать… на свою шею. Наткнулся на барышню, будем звать её Фёкла. А чего имя красивое, да и журналистская этика соблюдена – двойной крест… Эээ… плюс (кто-то в карты переиграл и вспомнил «Двойной крест Альзура» из Гвинта). Так вот, значит, вижу я у нашей дивной Фёклы на страничке макраме, читаю, что девочка одной рукой вяжет и очень ищет покупателя. Макраме, прямо скажем, так себе… Хотя я не ценитель. По правде говоря, мне этот вязаный цветок… особенно учитывая, что девушка на другом конце страны и переться за ним придётся на почту с больной-то спиной. Но помочь захотелось. Спрашиваю: «А как макраме занялась?» Ответ: «Не покупают. Ты купить? Карта оплата». Я говорю, мол, подожди. Расскажи, какие это цветочки? Почему их выбрала? «Не дешевле оплата срочна карта инвалит рука болное вязать», — следует. Я вновь тяжело вздыхаю и повторяю свои вопросы, Как занялась макраме, любит ли цветы? «Все не покупать а мне деньги нада многа», — прилетает. Спрашиваю, на что? «учиться гатовить чтобы много денег быть самастаятельный мальчик красивый любить за деньга», — в ответ. И вот тут я впервые ахнул.
Очевидно, что человек больной, но откуда же в таком больном сознании, причём женском, чтоб мальчик за деньги любил? Я пожалею ваши речевые центры и дальнейшую суть передам вольно, а то будет как в «Breathedge»: «Какой чудный акцент, мои лингвистические схемы выдают фатальную ошибку». За цветочек из ниток девушка заломила 50 000, сославшись на то, что инвалид. Видимо, имелось в виду, что делать трудно, потому и стоит столько, а, когда я возразил, что это не адекватно, – услышал, что её подруга шьёт детские трусики и заработала миллион за год, а она, вот, скромная. Когда же я спросил робко, можем ли мы поговорить о чём-то, кроме денег, о чём-то важном, интересном, услышал: «Ты дурак? Деньга давать? Деньга – главная в жизни. Деньги многа – сама жизнь!». И вот тут я ахнул во второй и в последний раз, поскольку на этом беседа, конечно, закончилась. Но, серьёзно, что же это с обществом происходит? Ладно речь, понятно, что человек тяжело болен – то ли отсталость умственная, то ли психическое заболевание сложное какое-то. Но откуда же такая дикая одержимость деньгами? Понимаете, за все двухчасовое общение не было практически ни одного сообщения (кроме «да» и «нет»), где не фигурировали бы деньги…
В моём представлении люди в подобном состоянии живут с родственниками, ну или в спецучреждении, но кто же вбил в эту головку такую дикую, омерзительную одержимость деньгами. Понятно, что они всем нужны. Но это средство для жизни, а не её смысл. Пожалуй, теперь на вопрос, почему при малейшей возможности я не кидаюсь помогать инвалидам, – буду присылать эту статью. Просто удивительно, как девочка с макраме погасила все добрые порывы и напомнила партию Люцифера из песни Otto Dix и Por.norap:
Ты дал искусство? Посмотри!
Искусство все во славу мне.
Ты дал любовь. А что они?
Они е****я при луне…
…Удел их жизни предавать
И продавать себя другим.
Ты оглянись! Никто из них
Уже не может стать святым!
И, на всякий случай, подчеркну, что я и не думал смеяться над больным человеком. Суть этой статьи – показать реальность. Такой неприглядной, какая она есть, а ещё дать повод задуматься – каково это общество, если оно и с инвалидами такое делает? Так ли в него надо интегрироваться? Меня после подобных историй что-то не тянет.
фото взято из открытых источников
Александр Меркушев
Специально для Агентства Особых Новостей (on24.media)
